Logo
РепертуарИсторияСад АквариумСпектакльПрессаКасса
<< вернуться к персоне
Быть Вуди Алленом
Под крышей Театра имени Моссовета обнаружился «Бог»
Газета
Кинокритики всего мира не раз писали про театральность фильмов Вуди Аллена. Множество остроумных диалогов и минимум действия — хоть сейчас бери да переноси на сцену. Но отчего-то к текстам Аллена отечественный театр обращается редко. Режиссер Виктор Шамиров взялся восполнить этот досадный пробел — на сцене «Под крышей» Театра имени Моссовета сыграли пьесу Вуди Аллена «Бог».

Вуди Аллен — это такая витаминка. Каждый пожиратель голливудской продукции должен регулярно принимать ее, если не хочет, конечно, чтобы мозги его со временем покрылись толстым-толстым слоем шоколада. Надо отдать должное отечественному кинопрокату — он скармливает зрителю витамин под названием Вуди Аллен примерно раз в полугодие. Посмотришь, к примеру, «Голливудский финал» — и твой организм на два квартала вперед зарядился здоровой долей скепсиса, позволяющей и далее безболезненно потреблять голливудское кино.

Каждая страна должна иметь собственного Вуди Аллена — иначе не выжить. Должен же кто-нибудь (назови его хоть шутом, хоть Вуди Алленом) регулярно ставить подножку многозначительным истинам, рутинным аксиомам и забубенным штампам в искусстве. И того, и другого, и третьего у нас в избытке. Из-за этого негласный конкурс на замещение вакантной должности Вуди Аллена в русском театре тянется уже давно. Причем конкурс, надо сказать, весьма приличный — человек пять-шесть на место, не меньше. Имен называть не буду — они, возможно, и сами догадаются. Но Виктор Шамиров, конечно, — один из главных участников конкурса под названием «Быть Вуди Алленом».

Спародировать высокое, чтобы заменить его будничным, низменным, даже презренным — весьма последовательное кредо Шамирова. Таким макаром он, к примеру, когда-то обошелся с лермонтовским «Маскарадом» в театре имени Станиславского. Зрителю казалось, что, перед тем как перенести пьесу на сцену, ее сдавали в химчистку с единственной целью — вытравить оттуда всяческий романтизм, чтобы и духу от него, проклятого, не осталось. Правда, вместе с романтизмом из шамировского «Маскарада» был жестоко вычищен и сам Михаил Юрьевич, но, кажется, режиссера это тогда не слишком заботило.

В «Боге» («Древнегреческий домашний спектакль» — так он прописан в программке) Шамиров снова обращается к своей любимой теме: чудесное превращение высокого в низкое. К счастью, для этой цели Шамиров взял не «Орестею» и не «Царя Эдипа» (иначе получилось бы как с Лермонтовым), а выбрал себе прекрасного ироничного посредника в виде Вуди Аллена. Некий древнегреческий режиссер, исполняемый господином Шамировым, ставит самую что ни на есть древнегреческую трагедию, желая получить наконец-то главную премию на афинском театральном фестивале. Точно и смешно спародированы повадки среднестатистического режиссера и среднестатистического актера (в этой роли — Гоша Куценко) и их такая будничная, такая знакомая низость в рассуждениях о высоком.

В спектакле, проходящем под неумолчный хохот публики, могут принять участие и свалившийся с высоты deus ex machina, долженствующий обеспечить финал спектакля (а заодно и главную премию тщеславному режиссеру), и первая подвернувшая под руку зрительница (Динара Нурмухаметова из Алупки в исполнении Яны Львовой). Посреди спектакля на сцену, не чинясь, выходит и сам древнегреческий домашний бог (Александр Яцко), который с принижающими интонациями немедленно начинает зачитывать написанную в высоком штиле оду Державина «Бог».

«Я царь — я раб, я червь — я бог!», — говорят нам, прихлебывая винцо, древние греки, одомашненные режиссером. Не зазнаваясь, Виктор Шамиров отказывается от роли царя и бога, которая чаще всего приписывается всяким творцам вообще и режиссерскому племени в частности. «Мы - рабы! Рабы — мы!» — гордо сообщают нам актеры. Бог из машины ломает себе шею на наших глазах, но к трагедии о смерти бога это не имеет никакого отношения. Бог умер, но это ужасно смешно.

Глеб Ситковский, 6-05-2004