Logo
РепертуарИсторияСад АквариумСпектакльПрессаКасса
<< вернуться к персоне
Гоша Куценко: «На курортах я не заводил романов, а только связи»

Вечерняя Москва
В фильме Виктора Шамирова «Дикари» Гоша Куценко не только снялся и написал песни, но и впервые выступил как продюсер (фильм делает команда «Театральный проект 21 век»). Мы встретились с артистом в его офисе в здании старого купеческого дома. На втором этаже вовсю шла репетиция группы «Анатомия Души», с которой Куценко уже несколько лет выступает в концертах. А на первом экс-Антикиллера, одетого в демократичные джинсы и тишотку с рукавами, раздирали на части журналисты и телевизионщики. Для корреспондента «ВМ» артист сделал исключение и подпустил к своему звездному телу вне очереди.

 — Гоша, мне кажется, что продюсерам в кино все и всегда завидуют: и денег у них больше всех, и власти?

 — Особенно сильно ощущаешь «сладость продюсерской власти», когда закладываешь все свое имущество, чтобы доснять фильм, который делает твой друг? Тогда и понимаешь — какой же это кайф, быть продюсером! Я в общем не такой уж пока «продюсер с большой буквы», но даже когда просто снимаюсь в каком-нибудь кино, обязательно во все вникаю — меня все волнует, что происходит! А группа успокаивает, говорят: «Ну, не лезь ты, Гоша, не в свое дело!»

 — «Дикари» — это фильм о твоем поколении или поколении твоих родителей? Ведь именно шестидесятники ввели в моду походы, байдарки и палатки?

 — О нашем, конечно, о молодежи. Какая разница, когда это происходит и в каком возрасте? Романтику никто не отменял и не запрещал! Люди и сейчас так отдыхают: берег, дискотеки, палатки? Это мы зря думаем, что все в Турции отдыхают или в Куршавеле. Но ведь многим просто скучно жить в пансионате, а тут ты на природе. Вышел из дома — и море, цикады орут, а так же друзья, гитары? Я точно так же ездил в Гоа, жил в бунгало? Просто туда едешь зимой, а у нас — летом на Казантип. Именно туда съезжаются все серфингисты. И тут дело не только в деньгах, есть целая категория молодых людей, которая просто так любит отдыхать: балбесничать, заводить знакомства, влюбляться. В душе все ведь едут в надежде встретить свою настоящую любовь. Не обязательно с первого — может, с десятого, с двадцатого раза — «зацепятся», и уж здесь-то под этими звездами ее обязательно встретят.

 — Что для вас означает «курортный роман»?

 — Я не езжу на курорты! Но если серьезно, для меня скорее более понятна «курортная связь». Роман — куда больше. Это, наверное, и есть самая запомнившаяся связь на курорте, та зацепившая тебя история, о которой потом можно написать книгу. Красивый сюжет на всю жизнь. У меня до такого дело никогда не доходило — на курорте обычно все заканчивалось связью.

 — Значит, ваша «книга» еще не написана?

 — Любовная — пока нет. Все мои книги пишутся здесь, в формате сценария. Не роман, а экранизация, а вообще музыка — моя книга. Я сейчас пишу два сценария и много песен и получаю от этого огромное удовольствие. 

 — А как родился сценарий «Дикарей?»

 — Виктор Шамиров три года назад написал его в Минске. Резковато, конечно, написал, мы сняли помягче. Это очень правдивая история: если он писал слово х.., то мы его убирали, писали помягче.

В 90-х годах, как только это стало возможно, мы начали кататься, убегать из Москвы, я много в Индию ездил, в Таиланд. А теперь боюсь вот непогоды, резких таких переходов из сезона в сезон. А так как лета все равно хочется, теперь снимаю о нем кино.

Нас ведь раньше как учили в институте? Говорили: «Вспомни море», — и его надо было реально вспомнить, увидеть, почувствовать, ощутить гальку — в общем, картинку увидеть перед глазами. Так тренировали нашу психофизическую память. И вот теперь такой же тренинг делаем мы, но не только для себя. Люди сходят на картину, посмотрят и сразу все вспомнят и ощутят.

Есть ведь разные задачи у кино — ущипнуть, возмутить, а моя задача — релаксация. Поэтому если зритель даже заснет на моей картине, я буду счастлив — офигенно! Значит, он расслабился! Потому что сколько можно напрягаться? Декабрь — напряженнейший предновогодний месяц, потом — вообще пьянство, алкоголизм еще на месяц. И вот я предлагаю перед началом этого зимнего забега сходить с кем-нибудь в кино — расслабиться и отдохнуть. А у нас, кстати, есть еще DVD-версия — так она на тридцать минут дольше — все, что из картины вырезали, там оставлено.

 — Вот ты, такой гламурный и успешный, сейчас мог бы взять да и поехать на море «дикарем», с палаточкой?

 — А это уже зависит от проката картины: вот если мы провалимся, тогда я уж точно поеду отшельником и поживу где-нибудь с палаткой. Я даже знаю это место, куда меня отправят мои партнеры! Да, это будет, наверное, Черное море — там сейчас такие прекрасные осенние шторма? И какие камни, я вам скажу, — загляденье! А если ктото думает, что Черное море — это лужа, то он не прав. Нет, там сейчас очень круто — буря, стихия! А что может быть приятнее укрощения стихий?

 — А ты релаксировал, когда входил в кадр?

 — У меня там две эротические сцены были в море, мы их еще переснимали. Так вот, когда ты просто идешь в море — кайф. Но когда работаешь в кадре, все по-другому: и вода более холодная, и солнышко слишком ярко светит, и камень острый под коленку засунулся, в общем, начинается такой «режим труда», что уже и на партнершу обнаженную не смотришь, потому что не это больше интересно, а то, что затекла правая нога и камешек залез не туда, куда надо. А потом камера зашуршала — раз, и ты «включился», сразу начал все разглядывать, видеть? и вроде получилось. А насчет релаксации? Ты шутишь. Я же там и продюсировал! Параллельно с игрой решал вопросы, проблемы всякие. 

 — Не банальная тема все-таки? Отдых — это ведь, как ни крути, «вино, кино и домино»?

 — Как сказать. Когда ты снимаешь о войне — там все понятно: все воюют, переживают, а здесь в картине надо было добиться состояния легкости: у людей выключены телефоны, на месяц они «отрываются» от земли и живут в другом измерении. .. Вот и ты тоже все бросаешь, чтобы сниматься в таком кино! Это как опуститься под воду и лежать там, не напрягаясь, без камня на ноге. Просто лежать, потому что ты рыба, ты овощ — распластаться совершенно! Главное, не умереть при этом, чтобы не разлагаться. Но если ты и умрешь, друзья уберут тебя оттуда!

 — А были у группы какие-нибудь непредвиденные контакты с местным населением, коренными «прибрежными» жителями?

 — Да, пару драк было? Башаров заводил, конечно, а Гоша бегал потом, разнимал? Марик ведь татарин и очень жесткий хоккеист при этом. К нам на площадку «пришвартовались» местные ребята, они приехали забирать своего парня и очень долго не уезжали, тарахтели машинами. А мы не могли никак начать снимать — мешал звук, ждали, пока они уедут. А Марик к этому моменту уже отснялся и отдыхал на берегу с девчонками и так «завелся» — это же надо знать Башарова! Слово за слово, все и началось. Ребята были местные, и там, понятно, была их «территория».
В общем, все очень серьезно: стрелки, разборки. В итоге победило киноискусство, но меня очень даже заставили понервничать? Да, драка была там страшная, что говорить!

 — Это самое страшное, что случилось на съемках?

 — Если бы? Много проблем было вообще: картина пару раз останавливалась, мы меняли операторскую группу, стояли без денег. Я не то чтобы «суперопытный актер», но, включая эпизодические роли, видел за свою жизнь групп пятьдесят (а попадая на площадку, сразу понимаешь и как инвестируется картина, и какой у нее темпоритм). Так вот, по сравнению с ними у нас была такая нестабильность! Эта картина — как погода, была совершенно непредсказуема! Но зато мы очень радовались, когда что-то все же получалось.

 — В театре ты с Шамировым еще со студенческих лет работаешь, а как он тебе в кино?

 — У него есть одно достоинство, за которое ему можно простить все (он человек нервный, очень нервный!). Он очень хорошо и подолгу работает с актерами, мало кто из режиссеров так делает (я, например, знаю некоторых, которым с тобой вообще не о чем поговорить, когда ты у них снимаешься). А он видит зрителя и всегда стоит на его позиции. Говорит, например: «Мне скучно», — и жертвует комедийными и очень прикольными сценами. Весь финал у нас так «пропал»: и сцена в кафе, и сцена пробуждения моего с забытой мною женщиной (но все это сохранено на DVD).

 — Гоша, на песню «Капли» из этого фильма ты снял свой первый клип — ты все там поешь?- Да нет, конечно, там всего пара моих треков. «Каплями» фильм заканчивается, и они переходят на последние титры. Надеюсь, ролик выйдет к премьере — опаздываем, не успеваем ничего! Музыку мы сочиняли вместе с Максимом Головиным, моим другом, а у Шамирова был свой композитор, с которым он дружит, — и мы вместе слушали все, воевали с ним!

 — Не боишься показаться старомодным?

 — У меня есть фотографии, где я, маленький, сижу за рулем двадцать первой «Волги». И там вечеринка на open air? Так что времена не меняются. Понятия — те же самые: любовь, кровь, убийства, море, галька, острый камень, медуза укусила?

Мария Анисимова, 20-11-2006